Самоход. «Прощай, Родина!» - Страница 79


К оглавлению

79

Крутанувшись, самоходка остановилась.

Тем временем немцы уже установили пушку. Позиция удобная – танкам и самоходкам в борт бить.

Однако гитлеровцы немного не успели, какую-то минуточку – Юрий выстрелил.

Пушку подбросило взрывом, пушкарей раскидало.

Виктор еще заметил группу немецких пехотинцев – около взвода, убегавших к лесу.

– Алексей, вперед! – И заряжающему: – Михась, давай осколочный.

Самоходка подъехала к разбитой пушке и сделала остановку – с этого места пехотинцы были хорошо видны.

– Юрий, пару снарядов по немчуре!

Выстрел, еще один… Большая часть немцев полегла, но несколько человек продолжали бежать.

– Алексей, догоняй! Дави гадов!

Самоходка рванула вперед. Следом за ней и левее метров на сто продвигалась еще одна – с их батареи, тоже стрельбу вела.

После пехоты они увидели на дороге крытый грузовик. Его ударили корпусом и разломили почти пополам.

В горячке боя они не заметили, как оторвались от своих. Танки и самоходки прошли прямо, а они забрали вправо.

– Стой! – приказал Виктор механику-водителю – надо было определиться с местом, куда их занесло. А сзади уже ревела мотором вторая самоходка – рядом встала. Там экипаж – и вовсе одни новички, без боевого опыта.

Люк на самоходке откинулся, и показался младший лейтенант. Спрыгнув с самоходки, он подбежал к Виктору. Тот тоже слез на землю.

– Похоже, младшой, заблукали мы немного.

– Да? – удивился командир самоходки. – То-то я смотрю, вы вправо, по пушке выстрелили, потом грузовик долбанули… И мы за вами. Бронетранспортер подбили! – Он протянул руку Виктору: – Младший лейтенант Серегин.

Младший лейтенант выглядел довольным.

Тем не менее от батареи им отрываться не следовало. Стоит наткнуться на танки или противотанковые пушки на заминированной и защищенной позиции, как дело будет швах.

Виктор достал из планшета карту, повертел ее. Вокруг – ни одного ориентира, лес.

Однако младшой не унывал:

– Наша земля, как мы можем заблудиться? Выберемся назад по своим следам, и вся недолга!

– Ага, а батарея уже за танками вперед ушла. Получается, отсиживались мы… Нет, будем вперед продвигаться до первой деревушки. У жителей название узнаем, свяжемся со своими.

– Как знаешь. Ты старше, я во всем на тебя полагаюсь.

По грунтовке двигались друг за другом. Еще на остановке Виктор предупредил:

– Если стрелять начну, сразу из-за корпуса моей самоходки в сторону выдвигаешься, огнем поддержишь.

– Так точно!

Эх, молодо-зелено!

Показалась деревня в два десятка домов.

У первого же дома остановились. Виктор выбрался из машины, подошел к дому и постучал в окно.

Из окна выглянул дед – лицо испуганное; кивнув, он вышел на крыльцо.

– День добрый, дедушка!

Дед, посмотрев по сторонам, подслеповато уставился на самоходки:

– Никак – русские? Звезды вроде на танках?

– Советские! Да не танки у нас, дед – самоходки!

– А по мне все едино! Уезжали бы вы, хлопцы…

– Что-то ты, дед, негостеприимно встречаешь нас, – насторожился Виктор.

– Так в деревне солдаты немецкие! Много, человек двадцать – и при двух грузовиках. Машины большущие, крытые…

– Понял. А как деревня называется, дедушка?

– Да как всегда, Бекетовка.

Виктор подошел к самоходке младшего лейтенанта. На фронте их называли просто – младшой.

Лейтенантик по пояс высунулся из люка.

– Слушай, в деревне немцы при двух грузовиках.

– Тоже мне проблема! Раздавим!

– Тогда не отставай и не зевай.

Виктор залез в рубку своей самоходки и подключился к ТПУ:

– Парни, в деревне немцы и два грузовика в придачу. Надо раздолбать. Заряжай осколочным. Алексей, вперед. Увидишь грузовик – дави.

Обе самоходки рванули вперед.

Они проскочили почти всю деревню, когда увидели на околице два грузовика, да не простые, крытые брезентом, а кунги. Из жесткой крыши торчали высокие антенны, рядом часовой ходит, за плечами – винтовка с примкнутым штыком.

– Влево и на таран! – закричал Виктор.

Часовой самоходки услышал и увидел, но не понял, что они советские. Когда же сообразил, едва успел отпрыгнуть в сторону.

Самоходка ударила стволом в высокий борт, навалилась корпусом. Захрустело рвущееся железо, изнутри понеслись истошные крики.

Рядом прогремел взрыв – это младшой выстрелил из пушки по второй машине.

Виктор всмотрелся в приборы – немцев не было видно. Он открыл люк: оба грузовика – в хлам. Среди исковерканного железа была видна разрушенная радиоаппаратура и мертвые тела в мышиного цвета форме.

Из второй самоходки высунулся младшой:

– Как мы их! Первым же выстрелом!

Нашел, чему радоваться! Со ста метров в здоровенный грузовик любой новичок не промахнется.

– Пусть твой заряжающий с автоматом избы пройдет – вдруг там немцы попрятались…

В пару к нему Виктор выделил и своего заряжающего, Михася.

Однако не успели они и к первой избе подойти, как раздались пистолетные выстрелы, потом – две короткие автоматные очереди, и все стихло.

Оба заряжающих вернулись, Михась нес в руке саквояж.

– Офицер, гитлеровец, значит, убегать вздумал. Из пистоля стрелял. Я ему по ногам, а он застрелился. Сам! Вот портфель его.

Виктор открыл саквояж – он был полон бумаг на немецком языке.

– Избы все-таки обойдите, только осторожно.

Сам же забрался в самоходку и вызвал по рации комбата. Связь была отвратительной: очень сильно мешали помехи, и голос комбата был слышен то отчетливо, то пропадал вовсе.

– Первый, Первый, я Седьмой!

– Слушаю, Седьмой.

– Я с экипажем Серегина у деревни Бекетовка, прием.

79